И все бы ничего, но половинки

Не разделяются, ты как их ни крути.

Не разбиваются, не ранятся о льдинки,

Не замерзают порознь на пути.

Я не герой и не мечтатель вовсе,

Но горсть романтики мне чуточку близка,

И я прошу, чтоб было "до" и "после",

Чтоб не иссохла наших чувств река.

Одной лишь мукою сейчас мой дух наполнен,

Мой сумасшедший мозг не может не узнать...

Где ты сейчас? Тепло одет? Накормлен?

И если да, то я, пожалуй, лягу спать..

Прошел только день, или два, или может быть вечность

Прошел только день, или два, или может быть вечность.

Я запуталась в датах и нет ничего впереди.

Комом в горле забита привычная людям беспечность

Моего пусть и легкого с виду пути.

Холодная дрожь, то по шее, то в пятки уходит,

Я с замершею ночью опять один на один.

Меня улицы снова в твой город уводят,

И теряясь во тьме, вижу только лишь фары машин.

Я иду по местам, где надеюсь на встречу с тобою.

И продрогшее тело не смеет меня не понять.

Я иду, но не знаю, написано ль это судьбою,

Что мы встретимся снова затем, чтоб друг друга обнять.

Фонари разбивают мои неприметные тени,

Я пугаюсь, но верю, что вдруг это ты.

Но сквозь страх обернуться пожалуй посмею,

И лишь вздрогну от мерзкой такой пустоты.

Октябрьский морозец, я снова без шапки из дома.

Лишь бы не находится в таком состоянии век.

Ухожу, чтобы вновь возвращаясь к подъезду родному,

Верить в то, что родной меня ждет человек.

Прошел только день, или два, или может быть вечность.

Я запуталась в датах и нет ничего впереди.

Остается лишь верить, надеяться, ждать и калечить

Свою душу на этом и легеньком с виду пути.

Так далеко, на целый шаг мы друг от друга

Так далеко, на целый шаг мы друг от друга.

Так далеко, как прежде никогда.

Я на орбите, а ты в центре круга,

Как-будто Бог порвал все провода.

Так далеко, на расстояньи целого порога.

Так далеко, что делится на три.

И снова бесконечна обветшалая дорога,

И снова трудно так, что даже трудно говорить.

Так высоко, взлететь и снова приземлиться.

Так глухо, как об стену кулаком.

Надежда умирает, вдаль уж не стремится,

Лишь тени страха бродят вновь под потолком.

Нет ничего, что бы согрело в эту вьюгу.

Нет ни "когда-нибудь", ни даже "навсегда"

Все потому, что мы лишь в шаге друг от друга,

Ну а по сути далеко, как никогда.